Top.Mail.Ru
Логотип Известно.ру
Фото: Кирилл Соколов

Кирилл Игнатьев: "Отставание породило опережение"

31 января, 19:02
I G
Интервью с главой "Русских инвестиций". Бизнесменом, медиаменеджером и футурологом.
31 января, 19:02
I G

С одной стороны, Кирилл Игнатьев – жесткий человек. Он считает, что бизнесмен прав, когда требует от работника два диплома вместо одного. С другой стороны, он готов тратить деньги на расширение сознания и видит необходимость помогать людям становиться самостоятельными. Это не всегда работает в России, но иногда работает.

Первое, что поразило, – контраст между темной дорогой до "ТехТочки кипения" через промзону и самой "Точкой" – буквально сияющим, современным офисом.

Мы специально построили Ивановскую композитную мануфактуру в этом месте ("Точка кипения" и сама мануфактура объединены в одно пространство. – Известно.ру), сделали своего рода центр притяжения, чтобы район начал преображаться. Любому должен быть очевиден этот визуальный контраст. Пока мы видим полуразрушенный дом, мы чувствуем важную задачу – всю среду преобразовать примерно так, как в "ТехТочке кипения". Подобное предприятие и нужно было поместить в центр промышленного обветшавшего района, как район улицы Станкостроителей. Это традиционно рабочий район. Здесь близко "Автокран", много малых предприятий. Эти малые предприятия были в формате мастерских, и многие не дожили до нашего времени, но будут преображаться.

То есть вы не боитесь, что район это все поглотит?

Нет, наоборот. Люди, которые у нас работают, очень гордятся этим. Где еще на производстве есть художественная выставка, спортзал, арт-столовая и идеальная чистота? Они приходят на работу с огромным удовольствием, для них нет понятия нормированного дня, потому что им это не нужно. Наоборот, им хочется максимально долго здесь находиться, работать. Им это в кайф. Мы рады, что создали, наверное, лучшую площадку с точки зрения культуры бизнеса и производства.

Что-то вроде корпоративной культуры в Google?

Мы пошли дальше – попытались перенести технологии организации пространства именно на производство. Мало кто так делал до этого. Все-таки каждая культура организации пространства – про вдохновение. Вдохновение для IT-индустрии и для производства все-таки разное. В IT-отрасли работает много социопатов. Каждый программист – это отдельная ячейка "сам в себе", который должен выдавать максимальное количество продукта. Поэтому IT-компании в основном построили свое пространство с идеологией под сочетание индивидуального релакса и ячейки спокойного и тихого труда в наушниках. У нас противоположная идеология. Производство всегда про взаимодействие. Это всегда про некий коллективный труд, про этапность: один человек делает подготовку, другой формовку, третий постобработку, четвертый покраску и они взаимодействуют друг с другом последовательно. Поэтому нам очень важно, чтобы здесь складывался коллектив, в котором все учатся взаимодействовать. Поэтому весь релакс здесь – про взаимодействие людей. Здесь установлены игры, в которых могут принять участие больше одного человека: настольный теннис, хоккей. Есть возможность прийти группой и послушать лекцию. Есть столовая, в которой большие столы со скамьями. Вся наша идеология пространства – это коллективное вдохновение, и оно особенно необходимо для производственной среды. В этом смысле она противоположна идеологии персонального вдохновения и релакса, которое практикуют IT-компании типа Google, "Яндекс" и другие.

Вы рассказывали раньше о неких неуловимых ивановских ребятах, айтишниках, которые работают сами на себя и не особо вовлечены в общественную жизнь. Откуда вы про них знаете?

Мы видим их в "Точках кипения". Они приходят на лекции, приходят поработать в коворкинге. За стеклом работники мануфактуры, а здесь возле переговорной могут работать люди, которые пришли в "Точку кипения" со своими проектами и делами. Для многих привлекательность "Точки кипения" в том дорогом инженерном софте, который здесь установлен. Эти программы человек сам часто не купит, но он может на них здесь работать.

Вроде AutoCAD?

В том числе. Но все же здесь есть и более серьезное ПО, связанное с промышленным дизайном, промышленным инжинирингом. Сюда можно прийти, поработать, сделать прототип или оснастку, при этом пообщаться друг с другом, послушать лекции. В этом и особенность "ТехТочки кипения". А для общения и образования существует вторая ивановская "Точка кипения", которая находится в центре города. И там, и здесь мы видим талантливых ребят: тех, которые инженерят, которые занимаются промдизайном, веб-дизайном, программированием и просто самозанятых. Они приходят, делают здесь работу, а потом продают ее по интернету заказчикам во всем мире. Да, это такой неуловимый контингент успешных молодых людей, которые в значительной степени существуют в цифровом пространстве и зарабатывают на нем.

Коворкинги – это коммерческий проект или вы таким образом находите перспективные идеи?

Идеи – точно нет, скорее, таланты. Это не коммерческий проект, а благотворительность. Здесь строго запрещены коммерческие мероприятия, сюда может прийти абсолютно любой человек, это всегда бесплатно, и люди, которые выступают, всегда делают это бесплатно.

Полезность "точек" не выражается в деньгах, она не может окупить инвестиции в их создание. Люди, которые здесь появляются, гипотетически могут быть профильно нам интересны, и мы им рады. Но в "Точке кипения" два смысла: благотворительный некоммерческий проект про будущее и поиск талантливых, интересных и практически ориентированных людей, с которыми можно что-то сделать вместе либо помочь им развиться самим. У каждого человека, который занимается бизнесом, сейчас есть ощущение социальной ответственности. Может быть, это ответственность за людей, которые у тебя работают, или за какие-то социальные задачи. И люди это по-своему реализуют: кто-то помогает семьям своих рабочих, кто-то восстанавливает церкви, кто-то проводит праздники в детских домах. Мы видим свою социальную ответственность в том, чтобы просвещать людей на тему будущего. Я футуролог, включенный в мировой процесс в рамках моей специальности, поэтому это мне близко. И я, как футуролог и инвестор, вижу свою социальную ответственность в распространении знаний о будущем, вдохновения про будущее другим людям и их практическом настрое на улучшение мира вокруг нас. В этом смысле наш социальный проект – это "Точки кипения".

Каких людей приглашаете выступать с лекциями?

Разных специалистов: тех, кто может дать полезные междисциплинарные практические знания либо рассказать будущее. Университеты сейчас достаточно узко специализированы по факультетам, а современное образование часто находится на стыке разных смежных профессий, и подобные лекции дополняют закладываемые вузами знания. Иногда мы приглашаем спикеров из разных университетов, чтобы они послушали друг друга, специалистов, которые находятся на стыке профессий. Например, дизайнеров с компетенцией инженера и технолога. Это гораздо больше, чем просто дизайнер. И такой профессионал может предоставить ценный практический опыт, которого не получить в вузе. Поэтому на такие лекции собираются слушатели со всего города. Их много: просто частные лица, которым интересен предмет, преподаватели с факультетов ивановских вузов и средних специальных заведений, предприниматели и так далее. Мы пытаемся сформировать повестку про будущее в дополнение университетам. Но это делаем не только мы. "Точки кипения" – это место, где любой человек может провести мероприятие. Сейчас количество организуемых нами мероприятий – менее 10% от всех. Остальные проводят активные ивановцы.

Мы хотим на примере Ивановской композитной мануфактуры вдохновить людей на создание прорывных современных проектов. Сделайте то же самое в медицине, текстиле, IT. Пусть тоже будет что-то, что опережает настоящее на несколько лет.

Возвращаясь к тем неуловимым ивановским ребятам, которые оказываются уловимы в "Точках кипения". Много ли таких в Иванове?

Из Иванова вышло много успешных и самозанятых ребят. Я думаю, это связано с тем, что здесь никогда не было крупных федеральных компаний с высокой зарплатой. Одна из первых появилась здесь совсем недавно благодаря Станиславу Воскресенскому – СОГАЗ. Поэтому молодым людям было почти негде работать и стоял выбор: уехать или работать в малом бизнесе. Если у людей нет возможности получить хорошую зарплату в современных отраслях, если у них нет интересной работы, они либо уезжают, либо идут искать работу в интернете. Те, кто привязан к Иванову, кто имеет здесь корни, семьи, для которых пока дорого жить в Москве, Санкт-Петербурге или за границей, начинают свой труд с самозанятости. Сейчас найти работу в интернете несложно. Если ты неплохой профессионал и владеешь языками программирования, умеешь заниматься веб-дизайном, то на это есть спрос. Это дело в Ивановском регионе, где много молодежи, неплохо развилось. В том числе, я думаю, и ввиду отставания Ивановской области в смысле создания хорошо оплачиваемых рабочих мест в современных отраслях. И это отставание породило некое опережение. В Ивановской области сейчас около 45 000 студентов. Это много. А человек с высшим образованием может системно мыслить, и это очень важно.

Вы про ивановское образование или в целом?

В целом. Я бы сказал, во всем мире высшее образование не выдающееся. Оно сейчас сильно отстает от вызовов бизнеса и технологий. Я много общаюсь с представителями лучших университетов мира, читаю лекции в Оксфорде, был в Стэнфордском университете. И даже они отстают от современных потребностей в профессионалах. Да, они сильно впереди по сравнению с Ивановским государственным университетом или с Ивановским политехом, но они сильно позади вызовов, которые ставят современные технологические компании. Более того, сегодня университеты конкурируют не друг с другом, а с большими компаниями, потому что процесс практического обучения в стенах компании гораздо более эффективен, чем теоретического в университете: лучшие знания теперь получают на практике, и у нас в "ТехТочке кипения" тоже.

То есть сейчас не столько кризис в образовании, сколько недостаток практических навыков?

Есть определенный недостаток развития и в образовании, и в бизнесе. Сейчас идет технологическая перестройка, и в бизнесе это происходит быстрее, чем в образовании. Поэтому бизнес дает знания гораздо быстрее и практичнее, чем образование в мире. К сожалению, Иваново в этом плане отстает по сравнению с общемировым и общероссийским уровнями. Системы должны перестраиваться, и очевидно, что пройдет какое-то количество времени и построение даже вузов по принципу деления на факультеты устареет. Кафедры останутся, а факультетов не будет. Не будет потому, что нужно готовить не специалиста одной инженерной специальности, а инженерной специальности с компетенциями дизайнера, технолога, материаловеда и маркетолога. Узкая специализация в вузах будет выражаться в концентрации специалистов на кафедрах, а не в создании отдельных факультетов. Современная система узкого университетского образования не позволяет этого сделать. Но уже сейчас в бизнесе мы не берем на работу ни одного инженера без дополнительных компетенций дизайнера и маркетолога. Люди, которые ими не обладают, нам просто не нужны – на рынке их полно. В России уже появилось несколько десятков компаний с такими требованиями. Они формируют новый рынок. С ним появится и новый формат образования.

В интернете на форумах соискатели часто жалуются, что работодатели требуют чрезмерный и неадекватный набор компетенций, которого не будет у настоящего профессионала, мол, нужен "и швец, и жнец, и на дуде игрец", и объясняют это жадностью и глупостью работодателей…

Если такие профессионалы есть, значит, работодатель не совсем неправ. Значит, неправ, скорее, работник, потому что не развил определенные навыки и компетенции. Если такого "жнеца, швеца" можно найти, значит, он существует, откуда-то взялся и развил в себе эти знания. Современный человек должен саморазвиваться. Сегодня это необходимость и большой вызов. Совсем скоро, уже в начавшиеся 2020-е годы, большинство людей будут самозанятыми. А число занятых в штате сильно сократится во всех областях. Неважно где: в СМИ, на промышленных предприятиях, в страховых компаниях, IT и так далее. Максимальное количество работников будут привлекаться по контрактам, либо с конкретным техническим заданием, либо на определенное время, и компании будут выбирать лучших на рынке. Человек должен будет бороться, чтобы на этом рынке оказаться лучшим. Каждый человек в этом смысле будет самозанятым. Уже сейчас этот рынок формируется: водители "Яндекс.Такси" – самозанятые. Это, скажем, совсем простая профессия, но они продают свой труд благодаря созданной IT-системе.

Вообще, понятие "самозанятость" – более широкое, чем только юридическое. Каждому человеку в процессе его личного образования будет важно сформировать навыки бизнесмена: брать на себя риски, продавать свое рабочее время, чувствовать ответственность за свое будущее. Раньше важнейшее значение имела пенсионная система, система социальных выплат внутри компаний, а в перспективе забота о собственном будущем ляжет на плечи работающих, и они сами сумеют создавать свое будущее лучше корпораций или государства. Но, разумеется, это не завтра и не послезавтра.

В России пенсионная система уже дискредитирована…

Скажу больше: в будущем ее не будет вообще. Вопрос будет не в том, какой пенсионный возраст или какая система, а в том, что человек будет должен сам определять свое будущее и откладывать на случай нетрудоспособности через цифровые платформы. Мы неизбежно к этому идем, это вопрос 10-15 лет. Не будет того, кто подумает за тебя, за исключением, конечно, болезни или инвалидности.

Если, как я уже говорил, в будущем штат компаниям не будет требоваться, то большинство станут фрилансерами. И они должны будут сформировать навыки и умения отвечать за свое будущее. Это главное в саморазвитии. Человек четко и без ужаса должен понимать, как он подготовится к своему будущему, с чем останется в нетрудоспособном возрасте. Думать об этом сам и не надеяться на начальника, губернатора, президента или кого-то еще. Если люди будут уметь делать это лучше, чем государство, то они будут успешны и в свой активный трудовой период, и в преклонном возрасте.

Саморазвитие – это позитивный и конструктивный вызов сегодняшнего дня, этим надо заниматься сейчас, чтобы в момент, когда будущее наступит, все были ориентированы и умели справляться с ситуацией. Каждый человек – это микробизнесмен, микроинвестор в свое будущее. Эта культура сейчас только начинает формироваться. И в какой-то момент этот забег начнется, и лидерами будут те, кто способен быстрее адаптироваться к новым условиям. Средства для победы в нем могут быть разными: правильное обучение, инвестирование, способность брать на себя ответственность, развитие навыков добрых отношений в семье и в кругу друзей.

В вашем изложении футуролог получается каким-то оптимистом. Это ощущение вообще можно применить к науке?

Футурологии как науке – 50 лет, и за это время она очень сильно изменилась. В 1970 г. известный социолог Элвин Тоффлер написал книгу "Шок будущего". Это первый серьезный полноценный труд о будущем. Потом появилось уже много авторов. Среди них был известный ученый, физик Андрей Сахаров, ставший к тому же известным философом-диссидентом. Он написал труд "Мир через полвека" в 1974 г. Тогда футурология была очень близка к философии и социологии, то есть к тем наукам, из которых вышла. За эти 50 лет футурология проделала колоссальный путь и стала более практичной. Футурология приблизилась к трендвотчингу (англ. TrendWatching – наблюдение за трендами) и управлению развитием, то есть к выдаче конкретных рекомендаций, как на основе трендов, которые мы находим, нужно развиваться человеку, бизнесу, государству и т.д. И сейчас, спустя 50 лет, футурология – это наука, которая соединяет в себе философские компетенции, элементы из точных наук и компетенции в области технологий. Она соединяет в себе знания из гуманитарных и точных наук.

Футурология всегда дает несколько сценариев на основании трендов развития реальных технологий, которые находятся в научной стадии, стадии НИОКРа и завтра распространятся. Будущее недостаточно определено, чтобы развиваться линейно. Так что здесь есть как оптимистичные сценарии, так и пессимистичные. Я, как футуролог, разрабатываю технологические сценарии, и они самые реалистичные. Пессимисты говорят, что беспилотный транспорт опасен и будет запрещен, оптимисты – что беспилотные машины поедут к 2030 г., а я говорю, что массово – к 2040 г., и у меня есть этому обоснование – скорость распространения технологий, развития каналов связи и обработки данных. Кто из нас прав – покажет время.

Материал подготовлен при участии Виктории Гущиной