Село-феномен
Как в селе Парском Ивановской области самовосстанавливаются старинные фрески и творят чудеса поступки неравнодушных людей
Еще несколько лет назад село Парское Родниковского района Ивановской области было всего лишь одним из многочисленных пустеющих сел России. Но все изменилось. Теперь сюда приезжают сотни гостей и паломников, здесь безвозмездно играют известные футболисты, а в потоке туристических отзывов с неизменной оценкой 5.0 звучат слова «Это село – феномен». Мы узнали, в чем феномен Парского и чем опыт людей, причастных к его возрождению, может помочь другим малым городам и селам.
Наталья Стасенко – сотрудник банка. Живет в Москве, много лет занимается волонтерскими проектами. С селом Парское до определенного момента не была связана никак. Но все поменялось в один день, когда Наталья вместе с подругой привезла в Родниковский район Ивановской области книги для деревенской библиотеки. Ехали в деревню Котиха, а топоним «Парское» на тот момент звучал для подруг как абсолютно незнакомая точка на карте.
И тут у нас перестает работать навигатор
«Едем, и вдруг у нас перестает работать навигатор, – вспоминает Наталья Стасенко. – Мы не понимаем, куда ехать, куда поворачивать…»
Наконец дорогу удалось найти. Подруги приехали в Котиху, передали заведующей
библиотекой около 1500 книг, собранных в рамках благотворительной акции. Попили чай, обсудили, чем еще могут помочь, и отправились в обратный путь.
Наконец дорогу удалось найти. Подруги приехали в Котиху, передали заведующей
библиотекой около 1500 книг, собранных в рамках благотворительной акции. Попили чай, обсудили, чем еще могут помочь, и отправились в обратный путь.
«Возвращаемся назад и снова оказываемся на том перекрестке, где сломался навигатор, – продолжает Наталья. – Поднимаем глаза и вдруг видим купола. Потрясающие купола старинного храма. Я смотрю на подругу, которая была за рулем:
– Юль, ты думаешь о том же, о чем и я?..
– Юль, ты думаешь о том же, о чем и я?..
Фото: сообщество «Парское подворье» в соцсети «ВКонтакте»
Поначалу показалось, что храм заброшенный
Храмовый комплекс в Парском – один из самых выразительных в Ивановской области. В ансамбль входят две пятиглавые церкви: Усекновения главы Иоанна Предтечи (построена в период с 1773 по 1785 год) и Вознесения (возведена в 1863-м). В храме, построенном в XVIII веке, удивительным образом сохранилась роспись.
Наталья и Юлия решили подойти к одному из храмов ближе. Было видно, что церковь древняя и как будто заброшенная.
«Поначалу хотели просто сделать несколько фотографий и уехать», – вспоминает Наталья Стасенко.
Увидели девушку, спросили, что за храм.
– Храм Усекновения главы Иоанна Предтечи.
– Заброшенный?
Девушка покачала головой.
– Нет, действующий.
Наталья и Юлия решили подойти к одному из храмов ближе. Было видно, что церковь древняя и как будто заброшенная.
«Поначалу хотели просто сделать несколько фотографий и уехать», – вспоминает Наталья Стасенко.
Увидели девушку, спросили, что за храм.
– Храм Усекновения главы Иоанна Предтечи.
– Заброшенный?
Девушка покачала головой.
– Нет, действующий.
Фото: Маруся Савина
Невозможно рационально описать, что я почувствовала
В одном из храмов шла служба. Захотелось купить свечи, но не было ни наличных, ни связи. «Спросили у священнослужителя, куда перевести деньги, – рассказывает Наталья Стасенко. – Оказалось, это настоятель отец Алексий. Человек, в чьих глазах можно утонуть».
Отец Алексий рассказал гостьям о храме и показал территорию. Открыл второй храм, сводил на колокольню. Накормил обедом в трапезной, которую в Парском называют сторожкой. Сторожка была в плохом состоянии, во всем ощущалась нехватка сил и средств, но атмосфера храма и тепло от беседы с настоятелем как будто ощущались еще сильнее.
Отец Алексий рассказал гостьям о храме и показал территорию. Открыл второй храм, сводил на колокольню. Накормил обедом в трапезной, которую в Парском называют сторожкой. Сторожка была в плохом состоянии, во всем ощущалась нехватка сил и средств, но атмосфера храма и тепло от беседы с настоятелем как будто ощущались еще сильнее.
Наталья Стасенко и настоятель храма, иеромонах Алексий Абинов
“
Когда мы зашли в храм Иоанна Предтечи, невозможно рационально описать, что я там почувствовала, – говорит Наталья Стасенко. – Это какая-то тишина, но наполненная тишина. Это покой, но не про сон. Знаете, есть слово «намоленное»? Вот там, мне кажется, именно намоленное место. Я как будто спинным мозгом почувствовала, что в этом месте 200 лет люди провожали друг друга, встречали друг друга, крестили детей, плакали, радовались, смеялись, молились, просили… Моя бабушка говорила об этом состоянии: “Это тебя боженька на ручках покачал”...
Наталья поняла: это все может рухнуть. Храм уже сейчас в запустении, и с каждым годом он будет ветшать все больше. Люди будут проезжать мимо, не зная, что есть такое место – село Парское. А в нем – храм, в котором словно останавливается время.
«Я подумала, что если не смогу помочь этому месту, то потеряю что-то важное. Не для храма, а для себя», – говорит Наталья.
«Я подумала, что если не смогу помочь этому месту, то потеряю что-то важное. Не для храма, а для себя», – говорит Наталья.
Не знаю, как мы это сделаем,
но мы должны восстановить этот храм
но мы должны восстановить этот храм
Наталья и Юлия сели в машину и отправились в Москву.
– Юль, что это было? – спросила Наталья.
На следующий день она пригласила коллег на совещание: «Ребята, не знаю, как, но нам очень нужно помочь восстановить этот храм».
В команде сотрудников банка не было никого, кто бы обладал опытом в таких делах. Тем не менее, каждый пошел собирать информацию о том, как сделать то, что кажется нереалистичным и неподъемным, – восстановить построенный в XVIII веке сельский храм, переживший много исторических испытаний.
«Дело в том, что в нашей стране подобных храмов очень много, – рассказывает Наталья. – Мы искали способ помочь именно этому храму. Для этого нужно было найти что-то, что отличает этот храм от других. И мы нашли».
Оказалось, что в стенах храма скрыто настоящее сокровище – это фрески, выполненные артелью художников Медведевых.
– Юль, что это было? – спросила Наталья.
На следующий день она пригласила коллег на совещание: «Ребята, не знаю, как, но нам очень нужно помочь восстановить этот храм».
В команде сотрудников банка не было никого, кто бы обладал опытом в таких делах. Тем не менее, каждый пошел собирать информацию о том, как сделать то, что кажется нереалистичным и неподъемным, – восстановить построенный в XVIII веке сельский храм, переживший много исторических испытаний.
«Дело в том, что в нашей стране подобных храмов очень много, – рассказывает Наталья. – Мы искали способ помочь именно этому храму. Для этого нужно было найти что-то, что отличает этот храм от других. И мы нашли».
Оказалось, что в стенах храма скрыто настоящее сокровище – это фрески, выполненные артелью художников Медведевых.
Фото: Наталья Арноне
Художники Медведевы – крепостные из села Тейково – жили в конце XVIII-первой половине XIX века. Обладали особенным стилем, в котором переплетен древневизантийский канон и элементы западноевропейской живописи. Братья Тимофей, Епифан и Василий расписали 48 соборов в шести губерниях и Петербурге. Большая часть объектов утрачена, но в Ивановской области сохранилось 6 мест с работами Медведевых. Храм в Парском – один из самых ярких примеров росписи Медведевых. Чтобы выяснить все это, потребовалось привлечь к сотрудничеству искусствоведов, а также тейковского краеведа Михаила Бутова, который много лет исследует наследие артели.
Михаил Бутов первым в России собрал полную географию росписи Медведевых по стране.
Эта работа заняла более 20 лет. Фото: сообщество «Центр народного творчества "Парская старина"» в соцсети «ВКонтакте»
Эта работа заняла более 20 лет. Фото: сообщество «Центр народного творчества "Парская старина"» в соцсети «ВКонтакте»
“
Везде знали о мастерах церковной живописи братьях Медведевых: в Угличе, Ростове, Ярославле. А у нас о них никто не знал.
Древние фрески сами
собой становятся ярче
собой становятся ярче
В свое время храм Усекновения главы Иоанна Предтечи был церковью с богатым внутренним убранством. А само Парское – оживленным селом, где проходили шумные ярмарки.
В послереволюционные годы приход пережил много испытаний. В храме хранили зерно и держали животных. Все ценное из собора вынесли, часть фресок была утрачена. Но что-то удалось сохранить: в частности, некоторые изображения просто замазали побелкой.
В последние годы забеленные фрески постепенно проявляются. Этот процесс называют самоочищением: с каждым годом краски все ярче. На сводах и стенах все отчетливее видна древняя роспись, все сильнее сияют и золото, и лазурит. Процесс самовосстановления фресок удивительным образом совпал с тем периодом, когда село снова стало притягивать людей, – храм словно отвечает на внимание и усилия.
В послереволюционные годы приход пережил много испытаний. В храме хранили зерно и держали животных. Все ценное из собора вынесли, часть фресок была утрачена. Но что-то удалось сохранить: в частности, некоторые изображения просто замазали побелкой.
В последние годы забеленные фрески постепенно проявляются. Этот процесс называют самоочищением: с каждым годом краски все ярче. На сводах и стенах все отчетливее видна древняя роспись, все сильнее сияют и золото, и лазурит. Процесс самовосстановления фресок удивительным образом совпал с тем периодом, когда село снова стало притягивать людей, – храм словно отвечает на внимание и усилия.
Фрески Медведевых удивительным образом пережили перепады температур от летнего зноя до зимних морозов. Как выяснили ученые ИГХТУ, это произошло благодаря добавлению в состав штукатурки армирующих нитей из конопли либо льна. Известно, что аналогичную технику применяли в древних индийских храмах. Фото: Евгений Румянцев
“
Получается, из храма забрали материальные ценности, но что-то очень ценное с точки зрения смыслов – сохранилось, – говорит Наталья Стасенко. – И сейчас это все как будто к нам возвращается.
Я хотела найти богатого инвестора.
Но батюшка сказал, что надо наоборот
Но батюшка сказал, что надо наоборот
Волонтеры разработали целый план по спасению храма. Получилось несколько направлений. Во-первых, начали сбор пожертвований. Благодаря этому удалось реконструировать сторожку, отремонтировать купель, благоустроить территорию.
Во-вторых, обратились за помощью в РПЦ и к властям. Это позволило сделать почти невозможное – получить финансирование на начало восстановительных работ. Храм покрылся строительными лесами.
Во-вторых, обратились за помощью в РПЦ и к властям. Это позволило сделать почти невозможное – получить финансирование на начало восстановительных работ. Храм покрылся строительными лесами.
Источник фото: администрация Родниковского района Ивановской области
В-третьих, с 2023 года в Парском ежегодно проходит благотворительный забег «Бежим всем миром». В нем можно принять участие не только очно, но и онлайн. Участвуя, люди из разных точек планеты ощущают свою причастность к чему-то значимому.
29 августа 2026 года забег пройдет уже в четвертый раз. Все средства, внесенные участниками, идут на восстановление храма. «Мы уже “набегали” 800 тысяч рублей», – говорит Наталья Стасенко.
29 августа 2026 года забег пройдет уже в четвертый раз. Все средства, внесенные участниками, идут на восстановление храма. «Мы уже “набегали” 800 тысяч рублей», – говорит Наталья Стасенко.
География забега постоянно расширяется: медали за участие отправляются по всей стране от Калининграда до Сахалина и Хабаровска. Были участники из Казахстана, Италии, Южной Кореи. Видео: сообщество «Бежим всем миром» в соцсети «ВКонтакте»
Волонтеры ведут несколько сообществ в социальных сетях, посвященных судьбе прихода в Парском. На страницы подписано несколько тысяч человек, причем часть из них в Ивановской области не были никогда. Они поддерживают храм просто как идею доброго дела.
“
Все, что получилось, получилось благодаря привлечению людей, – говорит Наталья Стасенко. – Причем когда я только начинала этим заниматься, мне хотелось найти богатого инвестора, который бы пришел и, допустим, сразу дал миллион. Но батюшка Алексий сказал: “Наташ, наоборот, лучше маленькими шагами. Это божий промысел”». Так и вышло – каждый, кто хотел помочь, нашел себе посильную роль, и это нас объединило.
Фото: сообщество «Парское подворье» в соцсети «ВКонтакте»
Когда-то настоятель сказал Наталье, что в храме нет фиксированной цены на свечи или требы – человек оставляет столько, сколько может, а если не может совсем, то не нужно ничего. Ровно тот же принцип теперь действует в волонтерском проекте, включая участие в забеге.
Иногда этот подход дает удивительные результаты. «Например, когда нужно было сделать в сторожке современный санузел вместо прежнего деревянного, один человек спросил: «А что вам нужно?» И просто привез нам все необходимые материалы по списку, – приводит пример Наталья Стасенко. – Другие люди помогли своим трудом, и собирать деньги в этом случае не пришлось вообще. Вот так подход “кто сколько может” порой может очень многое».
Иногда этот подход дает удивительные результаты. «Например, когда нужно было сделать в сторожке современный санузел вместо прежнего деревянного, один человек спросил: «А что вам нужно?» И просто привез нам все необходимые материалы по списку, – приводит пример Наталья Стасенко. – Другие люди помогли своим трудом, и собирать деньги в этом случае не пришлось вообще. Вот так подход “кто сколько может” порой может очень многое».
В отремонтированной сторожке получилось уютное пространство, где могут собираться гости и паломники. Фото: сообщество «Бежим всем миром» в соцсети «ВКонтакте»
Чудо происходит на наших глазах
С каждым годом в Парском все больше гостей. Число прихожан храма выросло в несколько раз, мероприятия поддерживают знаменитости, а туристы, приехав один раз, возвращаются. Есть даже те, кто купил в Парском жилье.
Волонтерское движение по восстановлению храма в Ивановской области поддержали известные футболисты Дмитрий Тарасов и Ари. Они приехали в Парское и сыграли в футбол безвозмездно – чтобы привлечь внимание к храму
В церкви Вознесения Господня, которая всю свою историю была просто побеленной изнутри, началась роспись. Над созданием иконописных сюжетов трудится палехская артель художников «Новое Воскресение». По просьбе настоятеля роспись будет соответствовать колористике и стилистике исторических фресок Медведевых.
Для гостей села проходят мастер-классы по колокольному звону. Научиться может любой желающий.
Фото: сообщество «Парское подворье» в соцсети «ВКонтакте»
Фото: сообщество «Парское подворье» в соцсети «ВКонтакте»
Среди планов на будущее – создание в Парском музея художников Медведевых. Эту идею уже поддержал губернатор Ивановской области Станислав Воскресенский. Планируется, что в помещении бывшей сыроварни будет оборудовано новое творческое интерактивное пространство.
В 2025 году комплекс «Парское подворье» Родниковского района занял второе место в номинации «Культурно-исторический объект/музей» на престижной национальной туристической премии Russian Traveler Awards 2025. Фото: Алексей Королев
Зачем тратить столько денег на сельские храмы
Благотворительный фонд, созданный в поддержку сохранения культурного наследия в Парском, получил название «Всем миром». Его президентом стала архитектор и общественный деятель Наталья Арноне. По ее словам, восстановление фресок - это нечто большее, чем абстрактное сохранение культурного наследия.
“
Храм в селе – это не просто культовое сооружение, – говорит Наталья Арноне. – Это архитектурная и смысловая ось всего поселения. Русские села веками складывались вокруг храма: он определял силуэт, улицы, виды, ритм жизни. Их строили всем миром – крестьяне, купцы, мастера, иконописцы. Вкладывали последнее. И мы сегодня просто звено в этой цепи. Если на нашем звене цепь оборвется, дальше передавать будет уже нечего. Поэтому, когда меня спрашивают, зачем тратить силы и средства на сельский храм, я отвечаю так: восстановление храма – это не про «восстановление стен». Это про возвращение смысла месту. А там, где появляется смысл, появляются и люди, и жизнь, и какая-то своя маленькая экономика.
По словам Натальи Арноне, как только в Парском начались работы, туда потянулись люди – волонтеры, реставраторы, гости, паломники. Местные стали по-другому смотреть на свое село – с теплом и гордостью. «Наши села – хранители русской души, – говорит Наталья Арноне. – Той самой, о которой писал еще Тютчев: «Край родной долготерпенья, край ты русского народа», и которую так пронзительно слышал Николай Рубцов в своей «тихой родине». Сегодня соприкоснуться с этой Россией – настоящей, негромкой, светлой – мы можем уже только здесь, в таких вот селах и деревнях».
Фото: Центр народного творчества «Парская старина» в соцсети «ВКонтакте»
Наталья Арноне
президент благотворительного фонда «Всем миром»
«Про фрески – отдельный разговор. В Парском мы видим, какой живой интерес вызывают фрески артели Медведевых: равнодушным не остается никто. Прикоснуться к тайне росписи, не тронутой реставраторами, – это как поговорить с глазу на глаз с художником, который писал ее 250 лет назад. Что это дает каждому из нас? Я думаю ощущение подлинности. Сегодня нас окружает столько копий, реплик, обработанных изображений, что встреча с настоящим, нетронутым, живым становится почти потрясением. И именно ради этого потрясения люди и едут».
Наталья Арноне
президент благотворительного фонда «Всем миром»
Про фрески – отдельный разговор. В Парском мы видим, какой живой интерес вызывают фрески артели Медведевых: равнодушным не остается никто. Прикоснуться к тайне росписи, не тронутой реставраторами, – это как поговорить с глазу на глаз с художником, который писал ее 250 лет назад. Что это дает каждому из нас? Я думаю ощущение подлинности. Сегодня нас окружает столько копий, реплик, обработанных изображений, что встреча с настоящим, нетронутым, живым становится почти потрясением. И именно ради этого потрясения люди и едут.
Этот опыт может повторить кто-то еще
То, что произошло в Парском, можно назвать локальным чудом. Буквально на глазах в результате действий нескольких неравнодушных людей изменилась судьба целой территории.
“
Знаете, я бы поспорила со словом «чудо», но только наполовину, – говорит Наталья Арноне. – С одной стороны, то, что происходит в Парском, действительно похоже на чудо: село, которое еще несколько лет назад мало кто знал за пределами района, сегодня живет, дышит, принимает гостей, и храм в нем оживает. С другой стороны, я хорошо вижу, из чего это «чудо» сложилось. И мне кажется важным об этом рассказать потому что тогда этот опыт сможет повторить кто-то еще.
Все получилось благодаря совпадению трех факторов. «Первое – это люди, – продолжает Наталья Арноне. – Все началось не с денег, не с программ и не с грантов. Все началось с того, что несколько человек просто не смогли пройти мимо. Можно влить в село миллионы – и не будет жизни. А можно начать с малого, но с настоящим неравнодушием, и постепенно вокруг соберутся другие. В Парском было именно так.
Второе – мы соединили разных людей. В Парское сегодня приезжают реставраторы, искусствоведы, архитекторы, волонтеры, предприниматели, журналисты, очень активны местные жители, администрация и приход. У нас есть общая точка, вокруг которой все могут собраться – это Храм. И вот это, наверное, и есть главный секрет: не один герой-спаситель, а среда, в которой каждый находит свое место и свой вклад.
Второе – мы соединили разных людей. В Парское сегодня приезжают реставраторы, искусствоведы, архитекторы, волонтеры, предприниматели, журналисты, очень активны местные жители, администрация и приход. У нас есть общая точка, вокруг которой все могут собраться – это Храм. И вот это, наверное, и есть главный секрет: не один герой-спаситель, а среда, в которой каждый находит свое место и свой вклад.
И третье – терпение. Это не быстрая история. Реставрация фресок – это годы. Возвращение жизни в село – тоже годы. Здесь надо просто долго, спокойно, по чуть-чуть делать свое дело и верить, что капля камень точит».
По словам Натальи Арноне, опыт Парского может быть полезен многим другим территориям. Но для этого нужна инициатива и живое участие. «Не нужно ждать, пока «придут и сделают». Не придут, – продолжает Наталья Арноне. – Любая живая история в малом городе или селе начинается изнутри с двух-трех человек, которым не все равно. Нужно искать свою смысловую опору. У Парского это храм и фрески. У другого села это может быть усадьба, мельница, ремесло, легенда, ландшафт. У каждого места есть что-то свое, ради чего к нему стоит приехать. Главное – это увидеть и начать громко этим гордиться.
И обязательно объединяться. С соседями, с волонтерами, с университетами, с фондами, с администрацией, с церковью. Поодиночке в малых территориях сегодня не выжить, а вместе получается добиться удивительных результатов».
По словам Натальи Арноне, опыт Парского может быть полезен многим другим территориям. Но для этого нужна инициатива и живое участие. «Не нужно ждать, пока «придут и сделают». Не придут, – продолжает Наталья Арноне. – Любая живая история в малом городе или селе начинается изнутри с двух-трех человек, которым не все равно. Нужно искать свою смысловую опору. У Парского это храм и фрески. У другого села это может быть усадьба, мельница, ремесло, легенда, ландшафт. У каждого места есть что-то свое, ради чего к нему стоит приехать. Главное – это увидеть и начать громко этим гордиться.
И обязательно объединяться. С соседями, с волонтерами, с университетами, с фондами, с администрацией, с церковью. Поодиночке в малых территориях сегодня не выжить, а вместе получается добиться удивительных результатов».
Фото: Маруся Савина
“
Я часто повторяю: малые города и села – это не «проблема», которую надо решать, – подчеркивает Наталья Арноне. – Это ресурс, которым надо просто бережно пользоваться. В них живет настоящая Россия – тихая, негромкая, но очень глубокая. И если хоть в одном таком селе получится вернуть жизнь значит, получится и в других.
“
Я часто повторяю: малые города и села – это не «проблема», которую надо решать, – подчеркивает Наталья Арноне. – Это ресурс, которым надо просто бережно пользоваться. В них живет настоящая Россия – тихая, негромкая, но очень глубокая. И если хоть в одном таком селе получится вернуть жизнь значит, получится и в других.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
Как Ивановская область меняет судьбу малых городов
Единственное в Ивановской области полностью сохранившееся здание в стиле петровского барокко получит новую жизнь
Авторское право на материалы спецпроекта
принадлежит БУ «Ивановские газеты»
Цитирование возможно только с гиперссылкой на Известно.ру
Редактор: Евгения Кочеткова
Дизайн: Станислав Депутатов
Фото, видео: Маруся Савина, Алексей Королёв; сообщество «Парское подворье», сообщество «Бежим всем миром», сообщество «Центр народного творчества "Парская старина"», личный архив Натальи Стасенко и Натальи Арноне; Евгений Румянцев
2026
принадлежит БУ «Ивановские газеты»
Цитирование возможно только с гиперссылкой на Известно.ру
Редактор: Евгения Кочеткова
Дизайн: Станислав Депутатов
Фото, видео: Маруся Савина, Алексей Королёв; сообщество «Парское подворье», сообщество «Бежим всем миром», сообщество «Центр народного творчества "Парская старина"», личный архив Натальи Стасенко и Натальи Арноне; Евгений Румянцев
2026
Авторское право на материалы спецпроекта принадлежит БУ «Ивановские газеты»
Цитирование возможно только с гиперссылкой на Известно.ру
Редактор: Евгения Кочеткова
Дизайн: Станислав Депутатов
Фото, видео: Маруся Савина, Алексей Королёв; сообщество «Парское подворье», сообщество «Бежим всем миром», сообщество «Центр народного творчества "Парская старина"», личный архив Натальи Стасенко и Натальи Арноне; Евгений Румянцев
2026
Цитирование возможно только с гиперссылкой на Известно.ру
Редактор: Евгения Кочеткова
Дизайн: Станислав Депутатов
Фото, видео: Маруся Савина, Алексей Королёв; сообщество «Парское подворье», сообщество «Бежим всем миром», сообщество «Центр народного творчества "Парская старина"», личный архив Натальи Стасенко и Натальи Арноне; Евгений Румянцев
2026
